Так значит, и вправду было время, когда она не выходила у Энди из головы? Это не было притворством или желанием обзавестись девушкой "только чтобы была"?
Однако следующие слова Каллисто отвлекли Лору от этих мыслей.
- Рафаил? - переспросила она. - Рафаил из детективного агентства "Астрея"?
Ей приходилось слышать об этом ангеле, но чем именно занималась "Астрея" на земле - это было неведомо ученице Школы, да ещё и Непризнанной. Пожалуй, существование "Астреи" и её задачи были окружены тайной не меньшей, чем загадочный "мальчик из башни", о котором иногда вспоминали ученики.
- Ты его знаешь? - прошептала Лора. - И знаешь, чем занимается "Астрея"?
Да, она была в том сарае за городом, где спрятали Джу Донхёна, но не знала ничего не о цели похищения, ни об отношении этого происшествия к деятельности "Астреи".

- Так значит, Донхёна похитили из-за грехов его родителей, - задумчиво промолвила Лора. - Но кто такой зверь, которому противостоит "Астрея"? На земле, где я выросла, есть легенда... миф... о неком Звере, который будет выглядеть как человек и приведёт человечество к краху, а весь мир - к гибели. Неужели это не просто миф? Неужели это... существо стоит во главе секты?
Лора поёжилась, но всё же нашла в себе силы произнести:
- Если так, то сектанты могут начать с того, чтобы принести в жертву этого Зверя. На совести его родителей, кем бы они ни были, наверняка грехов немало, раз вырастили такое чудовище.
Девушка произнесла это мрачно, без тени улыбки.

Лора нахмурила брови, словно старательно решала ребус.
- Если он влияет на разум людей... - тихо произнесла она, - значит... он один из наших? Либо из ангелов, либо из демонов? Нас же специально этому обучают в Школе! Как думаешь, астрейцам известно, кто скрывается под прозвищем Зверь? Наверняка ведь когда-то он учился здесь! Ведь их задача - именно поимка, то есть захват? Или всё же установление его личности?
Она осмотрела знакомые стены так, словно видела их впервые. Неужели Школа ненароком взрастила чудовище, которое теперь угрожает человечеству? Монстра, который когда-то был ничем не выделяющимся учеником - так же выполнял задания преподавателей и получал за это оценки? Иногда, возможно, не очень хорошие?

- Его детство прошло среди людей, - повторила Лора. - Но при этом он может влиять на чужой разум. В таком случае он может оказаться и человеком. Скажем, талантливый гипнотизёр, использующий свой талант во зло. Если его детство прошло в каком-нибудь маленьком городке или в деревне - то неудивительно, что о его злодеяниях стало известно и ему пришлось бежать из родных краёв. Там скрыть нехорошее дело гораздо труднее, чем в большом городе.
Больше, увы, у Лоры не было соображений по поводу Зверя, которыми можно было бы поделиться. И потому она рискнула полюбопытствовать:
- А вы с Рафаилом хорошо друг друга знаете? Если это не секрет, конечно.

- Но почему Рафаил должен быть огорошен? - поразилась Лора. - Закон о Неприкосновении запрещает отношения между ангелом и демоном, а не между двумя ангелами! А что, если ты тоже ему нравишься, но он, как и ты, не решается признаться, потому что ты делаешь вид, что относишься к нему как к брату? Когда секретов слишком много - это до хорошего не доводит, можно запросто перехитрить самого себя.
Ей вспомнился Энди, который когда-то ясно дал ей понять, что ему не хватает женского внимания, а Лора - единственная Непризнанная из девушек, поэтому только с ней дозволены отношения. Теперь эта мысль была неприятна. Выходит, дело было не в ней самой, а лишь в дефиците Непризнанных девушек. И на её месте могла бы оказаться любая другая. Не следовало ей тогда терять голову, надеясь на искренние чувства, не следовало!
Но Рафаил - это не Энди, он наверняка очень ответственный, иначе ему не поручили бы такого важного задания, как поимка Зверя.

Каллисто казалась такой расстроенной, что Лора осторожно взяла её за руку.
- Закон запрещает Непризнанным любить ангелов, потому что никто заранее не знает, кем они станут в будущем - ангелами или демонами. Когда Непризнанный стал ангелом или демоном - он больше не Непризнанный! Я слышала, что одна бывшая Непризнанная есть среди серафимов! Теперь никакой закон не стоит между тобой и Рафаилом. Можешь уточнить у Мисселины, если хочешь. Или у ангела Фенцио.
Она позволила себе усмехнуться, чтобы приободрить Каллисто:
- Вот если бы тебя застали с Донни, неприятности были бы у вас обоих.

Похоже, убеждения, распространённые в её родном городке, до сих пор много значили для Каллисто. Не все Непризнанные соглашаются выпить зелье, помогающее забыть земную жизнь - кто-то дорожит ей всю вечность. И одной из них, судя по всему, была Каллисто. А потому вряд ли стоило с ней спорить. Лучше поговорить о чём-нибудь другом.
- А ты могла бы рассказать о своём родном городке? - искренне поинтересовалась Лора. - Тебе там нравилось? И известно ли, что с ним сейчас?
Человеческие годы Каллисто пришлись на те времена, когда Лора ещё не появилась на свет - а что может быть интереснее, чем узнать об исторических временах от живого свидетеля? От живого, пусть и прошедшего через смерть.

Лора поспешно бросилась к Каллисто, пытаясь утешить девушку. Похоже, тоска по земному дому до сих пор не покинула её, хотя прошло столько лет. Большинство учеников Школы забывало свои чувства, связанные с землёй, а кто не мог сделать это сам - пил особое снадобье. Вот только Каллисто, похоже, была из тех, кто тайком от снадобья избавлялся...
Нужно было отвлечь её чем-нибудь. Хотя бы рассказать о собственной земной жизни.
- Прости, что спросила, - проговорила она тихонько. - Знаешь, сама я из Штатов. Своих родителей не помню, потому что выросла в приюте. Но только не подумай, что это был какой-нибудь ужасный приют, как в книгах Диккенса! У нас была воспитательница, мисс Джонс, для которой мы были словно родные. Она для каждого находила время, никто не чувствовал себя обделённым или одиноким. Я бы не покинула этого места, если бы не пришла пора поступать в колледж. А потом... ты понимаешь. Надеюсь, мисс Джонс по-прежнему следует своему призванию, помогая осиротевшим детям - но вряд ли я её когда-нибудь увижу. Если только не поручат задания с кем-нибудь из её нынешних подопечных.

- Потому ты и выбрала стать ангелом? - спросила Лора. - Чтобы вдохновлять людей, вызывая у них желание помогать другим? А... ты никогда не жалела, что мы не можем вмешиваться в жизнь людей напрямую? Представь, сколько мы могли бы сделать с нашими способностями, если бы нам не нужно было таиться от людей? Некоторые считают, что это было бы посягательство на свободу человеческой воли - но ведь у людей при этом не пропала бы способность мыслить, а сколько невинных удалось бы избавить от страданий! Разве не должны сильные помогать слабым? А мы сильнее людей - даже Непризнанные, не говоря уже об ангелах. И о демонах, если на то пошло.

- Ты права насчёт ошибок, - согласилась Лора. - Но что если речь идёт о преступнике, который даже не желает слушать советов ангелов? Если его не остановить силой - пострадает его жертва. Я слышала, что астрейцам разрешено напрямую вмешиваться в жизнь людей, когда речь идёт об их задании - но что, если на их глазах совершается преступление, не имеющее отношения к заданию? Например, грабитель наставил пистолет на невинного человека - и этот грабитель никак не связан ни с какими пророчествами? Я бы постаралась применить против него свою силу, даже если ангел Фенцио за это оставит меня на второй год.

- Ну, тебя-то ангел Фенцио на второй год уже не оставит, - хихикнула Лора. - А вот я в Школе слыву наполовину отличницей, наполовину двоечницей. Потому что мне как Непризнанной дают не только "ангельские" задания, но и "демонические", где нужно толкнуть кого-нибудь на плохой поступок. Так вот, "демонические" задания я намеренно проваливаю. И получаю за них двойки. Видела бы ты мой дневник... Уже и Мисселина пыталась со мной говорить, о Равновесии и тому подобном... Рождённым ангелам в этом смысле проще. А вот я думаю - как насчёт рождённых демонов? Нравится ли им толкать людей на плохое или они относятся к этому как к грязной, но необходимой, по их мнению, работе?
Она понизила голос.
- Кто вообще придумал это Равновесие? Не Шепфа - потому что он не вмешивается в жизнь своих творений. Кто-то другой - но почему? Разве не было бы лучше, если бы все бессмертные служили добру? Тогда и на земле зла было бы меньше.

- Демонические задания? - Лора стала вспоминать. - Например, однажды мне было поручено ввести в искушение вора, только что вышедшего из тюрьмы - я должна была подбить его ограбить магазин. Вместо этого я попыталась внушить ему, что преступная жизнь до добра не доведёт, в чём он сам уже убедился - так зачем начинать её заново? Ангел Фенцио поставил мне двойку и сделал выговор за неуместную, как он сказал, инициативу.
Девушка вздохнула.
- А предпринимать вряд ли что-то нужно. Всё равно у нашего курса скоро выпуск. Даже если я применю какую-то хитрость и не получу больше ни одной двойки - это не повлияет на общий результат. Вот только не знаю, с кем я пойду на выпускной бал. Энди, кажется, увлёкся новенькой - Вики, если не путаю, - и меня вряд ли пригласит. А если бы даже и пригласил - я сама уже не уверена, хочу ли идти с ним. Так что пойду одна. А там наверняка тоже окажется кто-нибудь без пары - так что можно будет найти пару прямо на балу.

Расставшись с Каллисто, Лора отправилась бродить по саду, примыкавшему к Школе. Как-то само собой вышло так, что дорога привела её к статуям Плачущих дев. Говорили, что однажды некая женщина молилась здесь за кого-то, за кого молиться было нельзя. Почему нельзя? Кто запретил? Об этом никто из её знакомых не ведал.
Тем временем стемнело. Задумавшись, Лора боковым зрением заметила тень, что словно затаилась, поджидая её. Быть может, кто-нибудь решил подшутить? Лора вгляделась в тень, пытаясь по очертаниям угадать, кому та принадлежит.

И тут же навстречу ей бросилась Каллисто, спугнув тень.
- Каллисто! - Лора сделала шаг навстречу.
Вроде бы и не было повода для беспокойства, но таинственная тень внушала тревогу.
Но показывать свой испуг не следовало. Что может угрожать ученику в Школе? В школьном саду?
- Что-то случилось, Каллисто? - спросила Лора. - Что привело тебя сюда?
Обычно окончившие Школу ангелы её редко возвращались в неё снова - разве что преподавателями. Но Каллисто преподавателем не была.